Селен

Селен — микроэлемент, встроенный в структуру примерно двадцати пяти селенопротеинов человека. Среди них глутатионпероксидазы, тиоредоксинредуктазы и йодтиронин-дейодиназы (NIH ODS). Через них селен работает в антиокислительной защите и в обмене тиреоидных гормонов.

Содержание селена в растительной пище зависит от почвы. NIH ODS дословно: «selenium concentrations in plant-based foods vary widely by geographic location». Это отличает селен от большинства минералов и объясняет региональные различия обеспеченности внутри одной страны.

Особенно много селена в бразильском орехе: 544 мкг на 28 г (6–8 орехов) по данным FoodData Central USDA. Там же оговорка: «values from other analyses vary widely». Один орех может закрыть суточную норму, а может дать многократное превышение — предсказать нельзя.

Остальные источники предсказуемее. Жёлтопёрый тунец — 92 мкг на 85 г, консервированные сардины — 45 мкг, варёные креветки — 42 мкг. Свиная отбивная и говяжий стейк дают по 37 мкг на 85 г (NIH ODS); морепродукты и субпродукты лидируют.

Заметных пищевых ингибиторов усвоения селена в NIH ODS не описано. Всасывается селен хорошо: «The human body absorbs up to about 90 % of selenium from selenomethionine, selenium-enriched yeast, selenite, and selenate». То есть по всасыванию формы близки.

Формы: где разница есть на самом деле. Различие проявляется не во всасывании, а в удержании. Burk R.F. et al. Cancer Epidemiol Biomarkers Prev. 2006;15(4):804-810, PMID 16614125 сравнил три формы у 81 завершившего участника в течение 16 недель.

Дозы там были высокие: селенит натрия 202–601 мкг/сут, L-селенометионин 158–507 мкг/сут, высокоселеновые дрожжи 226–703 мкг/сут. Результат по формам однозначный. Дрожжи и селенометионин повышали концентрацию селена в плазме дозозависимо, селенит — нет.

Дословно: «plasma selenium concentration is useful in monitoring compliance and safety of selenium supplementation as selenomethionine but not as selenite». Механизм известен: основная форма селена в дрожжах — селенометионин, который встраивается в белки организма вместо метионина.

Глутатионпероксидазы разлагают перекиси и защищают липиды клеточных мембран от окисления — это основная известная функция селена (NIH ODS). Через дейодиназы селен участвует в превращении тиреоидных гормонов.

Ранние проявления недостаточного поступления описаны слабо. Снижается активность селензависимых ферментов антиокислительной защиты и дейодиназ; субъективно человек этого не замечает, и специфических ранних признаков в NIH ODS не приведено. Признать это честнее, чем перечислять чужие симптомы.

Группы риска — люди в странах с бедной селеном почвой и с преимущественно растительным рационом. В США и Канаде дефицит селена описан как «very rare». Российских данных такого рода нет.

Расхождение между Японией и Россией по мужской норме — примерно двукратное: 30–35 мкг против 70 мкг. Это самое крупное расхождение норм во всей партии. Разрешить его нельзя.

Отдельная деталь: в Японии селен не входит в перечень 栄養機能食品, то есть функциональной формулировки о селене в этом режиме там не существует. Дословная цитата источника: 「セレンは栄養機能食品の規格基準表には記載されていません」.

Общероссийских данных нет. Есть одно региональное исследование с числами: Евдокимова В.П., Бахматова Ю.А., Синицкая Е.Н. Экология человека. 2019;(9):59-64, DOI 10.33396/1728-0869-2019-9-59-64.

Определяли концентрацию селена в сыворотке у 180 добровольцев Архангельска — 90 мужчин и 90 женщин разных возрастных групп. Средняя концентрация составила 63,97 мкг/л; медиана у женщин 60,85 мкг/л, у мужчин 67,09 мкг/л. Разница между полами небольшая.

Главные цифры такие. Лёгкая степень недостаточности выявлена у 68,9 % женщин и 61,1 % мужчин, тяжёлая степень у женщин — 4,4 %. Дословный вывод авторов: «Большинство жителей Архангельска подвержено риску развития селенодефицита».

Оговорка обязательна: это один город и 180 человек. На всю Россию результат не распространяется, тем более что содержание селена в почве меняется от региона к региону. Голубкина Н.А. с соавторами (Юг России: экология, развитие. 2017;12(1):107-127) прямо пишет о высокой внутрирегиональной вариабельности селенового статуса.

Числовых показателей обеспеченности в доступной части последней работы нет. Статус по России: репрезентативных данных нет, есть одно региональное измерение на 180 человек. Больше сказать нечем.

У селена самое узкое окно между нормой и верхним уровнем среди наших минералов. Верхний допустимый уровень по Приложению 5 ЕСТ — 150 мкг/сут, то есть чуть больше двух суточных норм. Европейский уровень 255 мкг, американский 400 мкг.

Ранние признаки избытка узнаваемы. NIH ODS: «a garlic odor in the breath and a metallic taste in the mouth» — чесночный запах изо рта и металлический привкус. Дальше идут выпадение волос и ломкость или потеря ногтей.

Именно по изменениям волос и ногтей установлен американский верхний уровень 400 мкг/сут. Прочие проявления избытка селена по NIH ODS — сыпь, тошнота, диарея, утомляемость, раздражительность, нарушения нервной системы. Изменения волос и ногтей регрессируют при прекращении избыточного поступления.

Доли считаются от физиологической потребности по МР 2.3.1.0253-21 — 70 мкг/сут мужчинам и 55 мкг/сут женщинам.

Верхняя позиция закрывает норму женщины с небольшим превышением и остаётся в 2,5 раза ниже верхнего допустимого уровня 150 мкг. Нижняя даёт единицы процентов. Разброс по линейке — пятнадцатикратный.

Форма — селеновые дрожжи. По данным Burk 2006 дрожжевая форма повышает концентрацию селена в плазме дозозависимо, а неорганический селенит натрия — нет. Оговорка: дозы в том исследовании были в 3,8–11,7 раза выше наших.